«Здесь как в Манчестере»
Фото: Нижний Новгород

Фото: Нижний Новгород

«Русская планета» встретилась с англичанином, который мечтает о работе в нижегородской «Волге»

Англичанин Дэвид Уиггинс живет в Нижнем Новгороде уже четыре месяца. За это время он успел освоиться: нашел работу, женился и завел новых друзей. Самая большая проблема — русский язык, но и с ним он планирует справиться в течение года. Корреспондент «Русской планеты» провел один рабочий день с Дэвидом и поговорил с ним о российском сервисе, футбольном маркетинге, английском юморе и нижегородской полиции.

«Тогда уже остался навсегда»

Дэвид Уиггинс назначает мне встречу у станции метро «Парк Культуры» в 8:30 утра. Недалеко отсюда он вместе с женой Гаяне снимает квартиру. В назначенное время они тоже приходят вдвоем.

– Дэвид немного говорит по-русски, но иногда пусть лучше что-то скажет медленно по-английски, так получается понятнее, — заверяет меня Гаяне.

На данный момент Дэвиду уже удается складывать простые предложения. Все, что он хочет сказать, почти всегда понятно. Подводит лишь словарный запас, поэтому обещание англичанина через год-два начать говорить свободнее кажется вполне выполнимым.

Мы спускаемся в метро, Дэвид несет свою сумку и сумку Гаяне:

– Русские действительно считают, что в Европе все зациклены на каких-то глупых элементах равенства между мужчиной и женщиной? Это не правда. Если есть возможность, то я всегда помогу своей жене нести сумку.

Ради того, чтобы жениться, англичанин и приехал в наш город. Гаяне познакомилась с Дэвидом в Англии, когда выиграла грант на поездку:

– Без пафоса, это была любовь с первого взгляда. Мы хотели венчаться прямо там, в Манчестере в маленькой церквушке. Потом опомнились, я хотела проверить свои чувства и вернулась домой. Но уже на следующий день Дэвид позвонил мне и сказал, что купил билеты в Россию. Через четыре месяца прилетел в гости и сделал мне предложение. Сначала мы все скрывали от родных. Ему пришлось вернуться домой, но потом он приехал снова, ему предложили работу — тогда уже остался навсегда.

Однако, по словам Гаяне, «навсегда» — это не факт. Среди возможных планов есть переезд в Англию или российскую столицу.

– У меня много планов и в Нижнем, — утверждает Дэвид. – Правда, пока я занимаюсь не совсем тем, чем хочу. Но и переехать в Москву было бы неплохо, так как мне очень нравится ритм огромных мегаполисов. Москва как Лондон, а Нижний Новгород чем-то похож на Манчестер. Я жил рядом с ним, недалеко от границы с Шотландией в городе Карлайл.

Мы подъезжаем к «Горьковской», откуда Гаяне идет пешком на работу, а нам с Дэвидом предстоит пересесть на автобус до улицы Родионова.

– Но для начала традиция, — говорит Дэвид. — Мы должны выпить кофе и покурить. Это что-то вроде отдельной культуры. Мои предки жили в Италии и в Индии, поэтому я перенял культ утреннего кофе.

Мы заходим в минимаркет, покупаем сигареты:

– В Англии сигареты в пересчете на ваши деньги стоят примерно 460 рублей. Но сейчас в России приходится обращать внимание на новый закон, который запрещает курить в общественных местах. Кстати, у нас совсем нет времени на кофе — пора ехать, в 10 часов нас ждут в типографии.

По пути на автобусную остановку Дэвид описывает свои впечатления от города, сложившиеся на «второй взгляд»:

– Я не зря говорю, что Нижний похож на Манчестер. Там тоже есть определенный исторический центр, новый город, а есть что-то среднее. Причем обычно это выглядит довольно странно. Вообще я маркетолог, но и много играл в футбол. После серьезной травмы оказался уже в маркетинговой структуре нашего местного клуба. Я не понимаю людей здесь, которые сопротивляются обновлению города, не хотят строительства стадиона к Чемпионату мира. Это сильнейший толчок к развитию буквально всего. Когда я говорю о футболе и футбольной команде, то подразумеваю рекламу города. Я смотрю матчи «Волги», видел игру с «Сахалином»; даже если результат есть, играют они очень плохо. Футбольный маркетинг — это моя среда, и скажу, что проблем у местного футбола много, но все они решаемы. Работать нужно комплексно: с игроками, спонсорами, болельщиками. У команды нет толковых «ультрас» (организованных групп из болельщиков — Примеч. ред.). Я буду постепенно пытаться перейти на работу в ваш клуб. Уверен, что смогу принести пользу. Хотя это, конечно, и вопрос культуры — в Англии даже в маленьких городах стадионы заполняются полностью, а здесь при стоимости билетов в 100 рублей люди предпочитают смотреть футбол по телевизору. Понимаю, что хоккей здесь развит больше, но все равно футбольная команда всегда остается «лицом» региона. В какой-то степени индикатором успехов или неудач города в целом. Но дам позитивный прогноз: через 5–10 лет «Волга» станет лучше, а город продолжит качественное развитие.

Бизнес по-русски

На площади Горького мы садимся в маршрутку, идущую в Печеры. Дэвид не любит этот вид транспорта, но очень забавно с сильным акцентом произносит слово.

– Такие маршрутки — это городская транспортная проблема, не меньше. Все трясется, легко можно упасть и сломать себе что-нибудь.

– Твоих родных не пугает то, что ты живешь в далекой и страшной России?

– Нет. Мы постоянно на связи. Да и очевидно, что здесь все в порядке, нет никаких проблем. Очень глупо чего-то бояться и опираться на стереотипы.

– Что ты думаешь по поводу конфронтации между Россией и западными странами?

– Мне кажется, что противостояние несколько преувеличено. Огромной проблемой стала Украина, а так все было неплохо. Уверен, что Америке очень хочется установить свое влияние в Восточной Европе, самой Европе это не нужно. А правительство Украины, безусловно, подчиняется США. Если говорить о недавних продуктовых санкциях, то сильнее они ударят по Европе. Путин точно не стал бы принимать такие меры, если бы они нанесли России больший вред. Фрукты и овощи можно привозить из Армении или Азербайджана, рынок насыщен. А европейские Греция, Италия, Испания и без того в кризисе, для них такие санкции опасны.

– Что тебя больше всего удивляет в России?

– Сервис и отношение к клиентам. Банальные вещи — люди не улыбаются, дела делаются не «прозрачно». Предвзято-положительное отношение ко мне, как к иностранцу — это тоже нехорошо: меня могут обслужить быстрее, когда остальные продолжают ждать. Опять же, что касается зарплат — они очень маленькие, даже несмотря на то, что предприятие или бизнес могут приносить неплохую прибыль. Удивило и положение работников университетов, ученых. Люди, занимающиеся прогрессивными технологиями, часто получают меньшие деньги, чем молодежь в сфере обслуживания.

Мы выходим на остановке у жилого комплекса в районе улицы Деловой. Здесь в типографии Дэвид должен согласовать печать своего издания — гида для иностранцев. Прежде всего, для иностранных студентов. Спонсирует издание факультет международных отношений ННГУ, где Дэвид сейчас работает.

– В Нижнем Новгороде уже есть гид для иностранцев. Но он больше затрагивает тематику развлечений, достопримечательностей. Мой гид более серьезный, он помогает сориентироваться в документах, в работе крупных компаний, типа «Сбербанка». Дает первые базовые советы по жизни в городе. В гиде еще много недостатков, сейчас мы планируем отпечатать один экземпляр и посмотреть, какие изменения нужно внести.

В типографии мы долго выбираем бумагу для страниц и обложки. Дэвида интересуют самые качественные образцы и удивляет маленький выбор — всего пять видов бумаги. Через полчаса решение принято. Вскоре после внесения изменений, гид в 67 страниц будет отпечатан тиражом в 500 экземпляров. Дэвид отмечает, что цены на услуги печати в России в разы, а то и в десятки раз ниже, чем в Англии.

– Здесь что-то вообще может стоить, например, 100 рублей. А в Европе даже минимальные тарифы неприятно удивляют. Правда, там и бизнес находится совсем на другом уровне: все работает слаженно, ассортимент всегда обширный.

«Две сосиски в тесте»

– Мне иногда трудно ориентироваться в городе, — говорит Дэвид, когда мы выходим из типографии. – В адресе был указан дом и номер корпуса, то есть нужное мне здание находилось в сотне метров от предполагаемого места. В одиночку я, может быть, и не нашел бы эту типографию.

На доме видим большую надпись: «Английский лагерь».

– Лагер? Здесь продают английское пиво?

Объясняю Дэвиду значение слова «лагерь», а ближе к остановке он жалуется на погоду:

– В России очень жарко! Все время хочется что-нибудь пить. Зиму я толком и не застал, поэтому пока впечатления такие. Сегодня даже рубашку не наденешь, на работу пошел в футболке. А в Англии сейчас градусов 15, не больше. Еще мне кажется, что тут слишком много полиции, постоянно их вижу. Хотя надобности, вроде бы, особой нет. Люди же заведомо не преступники.

Мы снова в маршрутке, и я вспоминаю, что слышал о выступлении Дэвида в нижегородском комедийном стенд-ап клубе.

– Да, был такой опыт, Гаяне мне помогла, — улыбается Дэвид. — Но шутки были, так скажем, типичные, связанные с языком: про «бабушка», «маршрутка», «хачик». Бытует мнение, что английский юмор очень тонкий и умный. Может это и так, но я считаю, что смешно — это то, что смешно. Однако разница с русским юмором все-таки есть. Никогда не слышал, чтобы шутили про Путина, а мы легко можем подшутить над парламентом, королевой.

Выходим на остановке «Университет», когда на часах полдень. Дэвид идет показывать свое рабочее место на факультете международных отношений:

– Сейчас продолжается прием, работы много. Я помогаю абитуриентам с документами, отслеживаю иностранные обращения через официальный сайт. Кстати, в этом году много поступающих с юго-востока Украины, все они проходят через нас, но поступают на общих основаниях.

Периодически Дэвид ведет курсы языка в одной из частных школ, основная аудитория — действующие преподаватели.

– Тебе нравится твоя работа?

– Когда как. Иногда бывает что-то интересное, и ты погружаешься в это. Но это не совсем мое. Хочу заниматься маркетингом. С другой стороны, то, чем я занимаюсь — это далеко не худшая работа в мире. С учетом того, что иностранцу вообще сложно найти приличное место, мне, наверное, еще и повезло.

– Ты бываешь еще где-то, кроме России и Англии?

– Нет, на это пока нет времени и денег. А так я бывал в Германии, в Латвии, в Швеции — когда играл в футбол.

За обедом мы направляемся в магазин по соседству, где Дэвид признается в нелюбви к русской еде:

– Салаты мне не очень нравятся: оливье, селедка под шубой. Во всяком случае, на полке они выглядят не аппетитно. Картошка, курица — вот это уже лучше. Еще есть морковь по-корейски; мой друг кореец утверждает, что до приезда в Россию никогда не слышал о таком блюде.

За прилавком — девушка из ближнего зарубежья. Дэвид просит две сосиски в тесте. Понимают друг друга они только через минуту активной жестикуляции и громких разъяснений.

– Магазины в России и в Европе очень похожи. Большие супермаркеты оккупировали города. Даже ассортимент продуктов и товаров не сильно различается. Хотя я слышал, что люди старшего поколения в России скучают по советским реалиям, по очередям и маленьким магазинам, да и просто по государству. 

От Кулибина до болида Далее в рубрике От Кулибина до болидаРуководитель студенческого конструкторского бюро НГТУ Кирилл Гончаров — о современном изобретательстве и экологичных технологиях Читайте в рубрике «Титульная страница» В десятку!Что показали на презентации Apple и насколько это круто В десятку!

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
80 000 подписчиков уже с нами!
Читайте «Русскую планету» в социальных сетях и участвуйте в дискуссиях
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»